Отец Александра Литвиненко знает, как убивали сына

23 ноября в Лондонской клинике умер бывший сотрудник ФСБ  Александр Литвиненко, отравленный 1 ноября. Сторонники Александра считают, что он стал жертвой операции российских спецслужб.

Александр Литвиненко бежал в Лондон в 2000. Он – автор книг, в которых утверждает, что взрывы домов в 1999 году перед президентскими выборами в Росси были организованы российскими спецслужбами. Его отец Вальтер Литвиненко дал пресс-конференцию в УНИАН и согласился ответить на вопросы нашего корреспондента.

Вальтер Александрович выглядел разбитым и угнетенным – как отец, потерявший сына. Перед пресс-конференцией, только что прибыв из аэропорта, он нервно искал в дорожной сумке туфли: «Вы спрашивайте, спрашивайте…»

– Я даже не знаю, что сказать, - робко сказала я: мне не приходилось выражать соболезнование незнакомым людям после такой трагедии.

– Слова… Слова… Этот лабрадор путинский Леонтьев (российский тележурналист? – Авт.) сказал: собаке собачья смерть. (Голос Вальтера Александровича задрожал.)

– Поверьте, никто в Украине не сказал ничего подобного…

– Я тоже так думаю, потому прилетел сюда… Свою первую пресс-конференцию я захотел дать именно тут, в Киеве. Я верю, что у вас – свобода слова.

– А почему Вас зовут Вальтер?

– Моя мама очень любила Вальтера Скотта и поэтому так меня назвала.

(Наконец туфли были найдены, и Вальтер Александрович сел напротив.)

– Что вы знаете про смерть Саши? У Вас есть версии, кто его убил?

– У меня не версии, у меня есть стопроцентное знание этого. Мы говорили об этом с Сашей. Это была операция директора ФСБ России Николая Патрушева, проведенная по заданию Путина. Действующие лица: это тройка, которая засветилась: Луговой, Соколенко, Ковтун (Андрей Луговой –  давний друг Александра Литвиненко, Вячеслав Соколенко и  Дмитрий Ковтун – российские предприниматели; все проходят по делу как свидетели. – Авт.) Они трое убили. Саша мне в одну из последних ночей сказал: у Ковтуна взгляд и глаза – убийцы…

Они приехали 1 ноября на футбол, где ЦСКА играл с лондонским «Арсеналом» и привезли эту бяку (дозу полония. – Авт.) Андрей Луговой, бывший эфэсбэшник провел операцию «внедрение». Саша ему доверял, считал, что он такой же борец, как и он – побывал в тюрьме. Он очень Лугового жалел – Саша добрый и доверчивый человек.

В ФСБ работать такому человеку невозможно. Он был инородным телом, поэтому они его «выкинули». Потом писали, что он сбежавший шпион. Он никакой не шпион, он был лучшим сыскником Москвы. Но разве режиму Путина нужны сыскники? Разве им нужно, чтобы ловили бандитов? Это ведь их друзья.

Это – банда, которая сидит при власти и пользуется услугами этих бандитов… (На минуту Вальтер Александрович теряет нить рассказа, - потом возвращается.)

Так вот Ковтун, этот законсервированный шпион, раньше в Германии жил. А потом его в Москву забрали, у него после смерти тоже потом нашли полоний. Знаю, что его бывшая жена тоже отравилась. Все они подчинялись Патрушеву.

Саша, несмотря на тяжелое состояние, в больнице подолгу беседовал с полицией. Он все им рассказал, все открыл. Фактически полиция Скотланд-Ярда все знает. Заказчики не думали, что полоний найдут. Благодаря тому, что Саша был очень здоров, он три недели продержался. Они по всей вероятности пытались отравить и остальных.

Да, так вот. Он были на футболе, потом пили чай в гостинице. Ему в гостиничном номере чай дали. А потом, может, и сверху что подсыпали. Маленькая пылинка полония, едва способная уместиться на крупинке сахара, – смертельна. Длина волны бета-излучения – два сантиметра. Они надеялись, что никто полоний не выделит, найдут микрофлору. Рассчитывали, что он умрет уже через неделею. 

–  Вы видели предсмертную записку, которую Саша продиктовал?

– Да, конечно, я видел эту записку. Саша ее надиктовал людям, которые там были. Саша до самого конца стойко переносил все боли, он только говорил: папа, как копчик болит. (Вальтер Александрович плачет.) А я просил: может, ему какой-то круг подложить туда. Ему видать этот полоний проник…

Он говорит: папа меня убили по заданию Путина. Это была эфэсбэшная банда…

Англичане потом все просчитали, они прошли весь путь, который Саша прошел в этот день. Они просто шли по полонию, у него весь путь «светился» от радиации: и дошли до машины Ахмеда Закаева (бывший заместитель премьер-министра Чечни, политический беженец, живет в Лондоне. – Авт.). Они сидели над документами по Анне Политковской…

Но если по порядку, все было так. Саша после того, как с этими уродами чай пил, повстречался со Скарамеллой (член итальянского парламента. – Авт.), а потом еще с Ахмедом Закаевым. Саша смотрел вместе с ним документы, в которых должно было быть, кто Анечку Политковскую убил. Но я теперь могу предположить, что документы могли быть и подложные.

Почему полоний применили? Они не думали, что полоний выделят. Ведь только за три часа до смерти Саши в последней моче нашли полоний. Если бы не нашли, то было бы шито-крыто. Раньше находили таллий. Ну, мало ли откуда мог взяться таллий. Таллий – спутник полония. А это соединение таллий-полоний могли воспроизвести только на реакторе. И  такое количество могло быть сделано только в госучреждении на государственном уровне. Путин ни одной эфэсбэшной операции  не пропускает и эту наверняка контролирует. Стоимость такой дозы яда – порядка тридцати миллионов долларов. Кто еще мог это сделать?

– Ваш сын бежал в Лондон в 2000 году. Почему его убили только в 2006-м?

– Я скажу прямо. Год остался этому (***грубое слово. – Авт.) Путину править. Хусейна судили, Милошевича судили. Где гарантия, что этого [***] не будут судить? Ведь 250 тысяч чеченцев уничтожено. Это наши люди. Пятьдесят дивизий уничтожили... Анечка Политковская с Кавказа не уходила, она очень сильный свидетель, ее убрали, теперь вот Сашу убили.

– О чем Вы говорили с Сашей в те часы, когда были рядом?

– Я приехал из Нальчика к умирающему Саше за два дня до смерти. Мой мальчик, мой красавец, у него такие волосы были… (Вальтер Александрович плачет.) Они так с Маринкой любили друг друга. И Маринка немного облучилась…

Мы – семья долгожителей. Мой дед прожил 97 лет, отец умер за два месяца до своего 90-летия. Эти подонки как минимум сорок лет Сашиной жизни забрали. Убили мальчишку. Я с Сашенькой до самого конца был. Иногда он просил нажать кнопку кровати, она опускалась. А потом просил поднять. В один из таких моментов он заволновался, началась легочная аспирация, и глаза остановились. И я понял, что мой ребенок умер. Желтый весь был, волос не было. Я взял его голову, целовал, руки ноги. Вы знаете, какой он добрый был? Честный парень.

А вы меня не бойтесь, – обратился ко мне Вальтер Александрович. – Меня проверяли (на предмет радиации).

Лана Самохвалова